Кукольник – профессия радости

Маргарита Зиангирова, фото Екатерины Кавлакан и Юрия Кисилевского

Ибрагимов – величина современного театра кукол, режиссер вне стандарта, ставящий философские истории про бессмертие и возвращение из мертвых. Когда он со своими лихо закрученными вверх усами, светлой улыбкой и неизменной круглой шапочкой появляется в театральном фойе, ему хочется улыбнуться – очень уж у него хорошее лицо.

Досье

Евгений Николаевич Ибрагимов — режиссер-кукольник. Руководит «Театром под счастливой звездой» в Праге.

Родился в 1967 году. Окончил Санкт-Петербургскую академию театрального искусства (факультет театра кукол, курс Н. Наумова). С 1988 по 1993 год — актер Карачаево-Черкесского русского драматического театра.

В разные годы возглавлял Хакасский театр кукол «Сказка», Таллиннский театр кукол, Южно-Богемский театр кукол.

Поставил около ста спектаклей, среди которых спектакли: «Калиф-Аист» В. Гауфа, «Сказка о Золотом Петушке», «Сказка о попе и о работнике его Балде» А. Пушкина, «Иуда Искариот. Предатель» Л. Андреева, «Любовь к трем апельсинам» Л. Филатова, «Шерочка с Машерочкой» Н. Коляды, «Игроки» Н. Гоголя, «Очень простая история» М. Ладо, «Мой Теркин» А. Твардовского, «И пишу я тебе в первый раз (Оскар и Розовая дама)" по Э. Э. Шмиту (Национальная театральная премия «Золотая Маска» — «Лучшая работа режиссера в театре кукол»).

С 2003 по 2006 гг. — художественный руководитель Международного эколого-этнического фестиваля «Чир чайаан». С 2008 года — президент Международного передвижного кукольного фестиваля «Ковчег». Проводит мастер-классы в России и за рубежом.

Дважды лауреат Национальной театральной премии «Золотая Маска», премии Правительства России имени Федора Волкова, заслуженный деятель искусства России и Республики Хакасии.

- В свое время мне посчастливилось: меня, маленького мальчика, отец часто брал с собой на наши народные черкесские игрища. На свадьбы, торжественные проводы парней в армию, другие праздники… Скачки, танцы, спортивные игры, состязания поэтов — всё это были их обязательные составляющие. И одной из форм таких праздничных игрищ как раз и был архаический народный театр. Построенный целиком на импровизации, бравший сюжеты из самой гущи живой жизни… Собственно, такое в любой культуре имело место, у всех народов — на Руси были скоморохи, шекспировский театр в Англии тоже на этих же традициях вырос.

— Есть ли пьеса, которую вы ставили в своей жизни чаще всего?

- Сегодня кукольный театр ставит и Шекспира, и Толстого, и Достоевского. И это необходимо, без этого нельзя. Но порой хочется всё-таки вернуться к своим корням. Поскольку я черкес, то в разных театрах ставлю черкесскую сказку-притчу «Старик и волчица». На афише она может появиться с другим названием — «Хорошая сказка». Или просто «Черкесская сказка»: с национальной горской музыкой, с атмосферой черкесского игрища на сцене и архаичными куклами без ноздрей-бровей и прочих «мелочей». Это всегда этакий прото-театр. «Старик и волчица» — очень умная философская сказка: про то, куда нас приводят мечты. Я обычно артистов пробую этой сказкой: пройдут тестирование — можно продолжать движение вместе с ними.

— Евгений, география вашей жизни обширна. После Хакасии вы три года работали в Эстонии. Сейчас живете в Чехии.

- С давних времен кукольник — это что-то подвижное. Я ставил спектакли в разных странах и городах: во Франции, Турции, Чехии и Польше, в России от Читы до Краснодара. У меня супруга чешка, двое детей. Долгое время жена, как декабристка, путешествовала за мной по городам и весям, а вот теперь я решил обосноваться на одном месте. Свой театр — это идеальная ситуация. Плохо, когда театр превращается в некую фабрику: план, план, отчетность… Я на всю жизнь останусь благодарным Хакасии. Там я сформировался как режиссер, там в меня, по сути мальчишку-фантазера, поверили. Когда репетировал, забывал о времени. Случайно узнал, что актеры в театре получают зарплату продуктами — крупами, сахаром. Время было такое. Но они не жаловались, понимали, что вместе мы занимаемся творчеством, и это было самым дорогим.

— А как работалось в Эстонии?

- Там, как бы это сказать помягче, через некоторое время мне стало душно. Я поставил семь спектаклей. Но всё время чувствовал, что менталитет там совсем другой. Русскому актеру порой можно рассказать анекдот, и он уже готов к сотворчеству. В Таллине я ставил спектакль «Очень простая история». Кто помнит пьесу, знает: там среди персонажей действуют и животные. Исполнители без конца от меня добивались: а кого мы играем? И я вдруг ощутил, что мы не понимаем друг друга. Они изначально рациональны. Когда я получил в Эстонии премию, меня поздравили, но только не в театре. Такое вот ревностное отношение к чужакам! А когда произошла история с Бронзовым солдатом — помните, с места, овеянного народной памятью, перенесли монумент советским воинам, я понял, что всё, черта подведена. Ныне я в Чехии, но это не значит, что я буду сидеть на месте. Кукольник — профессия радости. С давних времен — это что-то подвижное.

— Вы много работаете за границей. Где интереснее ставить спектакль — там или в России?

- За границей деньги другие, но у нас интересней.

— Для вас кукла — живое существо?

- Это серьезное существо, не развлечение, хоть в детском, хоть во взрослом театре. И она, конечно, волшебна. Ей подвластно всё. Кукла может замечательно потешать, веселить. Но беда, если она занимается только этим. Поверьте, чистый миф, что театр кукол лишь для детей. Изначально кукла возникла как театр для взрослых. Кукла — это что-то мистическое. Когда она висит без дела на гвозде, то кажется мертвой. Это от нас зависит, станет ли она одушевленной. Я даже вводил в театре специальный день, когда актеры обязаны были ходить в мастерские к конструкторам, чтобы сделать что-то своими руками. Иногда предлагал актеру брать куклу на какое-то время домой, только тогда она по-настоящему оживает, начинает дышать. Оживить куклу может только настоящий артист, плохой это делает плохо.

— Роль меняет артиста?

- Конечно. Когда человек надевает маску, всё меняется, организм по-другому работает. Так должно быть физиологически — посмотрел на себя в зеркало, и другой уже человек. Но это если человек талантливый. А не талантливый — хоть три маски на него надень — и ничего.

— Вы ставили «Иуду Искариота. Предателя» по пьесе Леонида Андреева. Что вас привело к этому непростому произведению?

- Для меня история Иуды — величайшая загадка. Она со мной начиная с дипломного спектакля. Речь ведь идет о самом большом предательстве в истории человечества. Вместе с тем я не делю мир на черное и белое, мне всегда хочется уловить оттенки. Меня спрашивают: неужели ты оправдываешь Иуду? Нет, я его не оправдываю. Я его по-христиански жалею. Ну, или по-мусульмански — особенной разницы нет. У меня в спектакле Иисус появляется спиной к зрителям. Почему? Потому что я мусульманин, а для мусульман Иисус — это один из пророков, и его лицо изображать нельзя. Но не только в этом дело. Я всегда удивляюсь, когда вижу, как в спектаклях люди играют Христа, Иуду… Мне это непонятно. Сыграть можно, конечно, любую роль… В моем спектакле действуют куклы, они как посредники между актером и зрителем.

— А мечта у вас есть?

- Хочу поставить маленький спектакль для беременных женщин. Очень светлый и позитивный. Идея давно вызревала, я долго не мог воплотить ее. Хочется рассказать о радостях жизни и материнства. Это мой долг перед женой и перед женщинами вообще. Мечтается сделать что-то лишенное житейских конфликтов, которых в буднях хватает. Радость, семья, дети — огромная, великая тема, перед которой мы в долгу.

— Когда приезжаете в другой город ставить спектакль, чего вы ждете от театра в первую очередь?

- Я не оригинален. Конечно, общения, встреч с друзьями. Мир кукольников тесен, это братство, одна большая семья. Всегда есть тайная надежда, что удастся увидеть новое, то, что ты сам еще не открыл. Не люблю, когда безудержно хвалят друг друга. Хотя не годится и плетка. Творческие люди ранимы, их надо беречь.

— Вы принимаете участие во многих кукольных фестивалях. А сами не хотите сделать что-то подобное?

- Я бы хотел в Чехии создать фестиваль для того, чтобы привозить лучшее из России, чтобы люди видели настоящую Россию, а не то, что им показывают в новостях по телевизору.

Театр куклы, актера, маски «Арлекин» открывает 78-й театральный сезон премьерой фантазийного спектакля для взрослых «Мимолетности». Это авторский коллаж одного из самых известных европейских режиссеров-кукольников Евгения Ибрагимова (Чехия). Но в его новой работе нет привычных театральных кукол, нет единого сюжета, нет слов. Главными героями становятся то персонажи, исполняемые актерами, то объекты, то силы природы — поэзия, растворенная в их движении. Мимолетности — это мгновения жизни, сметаемые временем. Это размышление о человеческих ценностях. Это поиски любви в таинственном мире, сотканном из музыки и визуальных образов. Музыку, пронизанную этническими мотивами разных культур, написала питерский композитор Татьяна Алёшина, знакомая омским театралам по работе «Сон в летнюю ночь». Сценография, костюмы, маски и объекты к спектаклю придуманы главным художником театра лауреатом Национальной театральной премии «Золотая Маска», заслуженным художником России Ольгой Верёвкиной.

В спектакле заняты заслуженный артист России Геннадий Власов, актеры Дмитрий Войдак, Марина Зеня, Ксения Игнатова, Дмитрий Исаев, Александр Кузнецов, Эдуард Павлинцев, Мария Поздняк, Ирина Сергеева, Марина Солдатова, Елена Фалалеева.

Премьера спектакля состоится 25 сентября.

Комментарии к публикации

Комментариев к этой публикации пока нет, будьте первым

Репетиция премьерного спектакля «Мимолетности»

Репетиция премьерного спектакля «Мимолетности»